“Так как олигархов в “ЛНР” на всех не хватает, то грабят обывателей”, – Степова

0
65

“Пока одни воруют миллионами, рассказывая вторым, как хорошо жить в Лугандонии, эти самые вторые особо уже и не верят в «процветание маленькой угольной швейцарии», а идут копаться в мусорных баках или, совсем отчаявшись, выходят на тропу скудного робингудства, отбирая ресурс у тех, кто его еще имеет”, – пише блогер-переселенка Олена Степова у статті для “Інформаційного спротиву“, передають Патріоти України, та продовжує:

“Так как олигархов в Лугандонии на всех не хватает, или они слишком хорошо охраняются, то обыватели грабят обывателей. В ОРЛО выросло количество бытовых мелких краж и краж продуктов питания. Из сводок «милиции» ОРЛО:

03 марта 2018 в 17-00, в «народную милицию» ОРЛО обратился гр. Бурцев Виктор Анатольевич, 1954 г.р., проживающий городе Алчевск, ул. Чкалова, 6, с заявлением о том, что 24.02.2018, примерно в 20-00, по месту его жительства, двое неизвестных мужчин, под угрозой применения самодельного взрывного устройства, открыто завладели принадлежащими ему деньгами в сумме 700 рублей РФ и продуктами питания.

Почему так поздно обратился? Знаете, ведь там, в зоне, люди оказались в мире, который они сами и построили, и о котором мечтали. В этом мире покой «охраняют» «наши мальчики», везде снуют камуфляжные «наши ребята», нет укропов, бандер, нациков, и все свои. Здесь слепо доверяют своим, верят в то, что где-то еще хуже. Да, это маленький, закрытый мир СССР, где нет информации, где жизнь заканчивается на границе этого мира, а дальше – загнивающие Америка и Украина.

Поэтому, когда здесь начался криминальный беспредел, многие говорили «это меня не касается», ну, как и о войне. Здесь каждый живет с уверенностью, что все плохое, это у соседа, потому, что заслужил. Или вообще ничего плохого нет, потому, что он лично не видел этого плохого.

Когда к таким людям приходит беда, они сначала бегут к «своим» – военным камуфлыжникам, решалам, бандитам, требуя защищать, ведь они им создали этот прекрасный мир. Потом осознают, что никто их не защитит, более того, бандиты узнают, что есть что украсть, или жертва готова платить за решение любых вопросов. Тогда вывозится семья, прячется имущество.

Думаю, что пострадавший действовал именно так. Сначала он обзвонил военных, требуя немедленно всех пострелять, был послан или были предъявлены счета за «защиту», потом он ужаснулся, кто еще может к нему прийти, и вывез семью. И только потом пошел в «милицию», еще веря в справедливость, государство, и своих «защитников».

В ходе проведения следственных мероприятий за совершение данного преступления задержаны: гр. Плетенский Виктор Викторович, 1981 г.р., прож.: г. Брянка, Микрорайон-4, 62/56, р/с в 2005 г. по ч. 2 ст. 121, ч. 1, 3 ст. 185 УКУ и гр. Гнездилов Константин Иванович, 1978 г.р., прож.: г. Северодонецк (!!!), пр-т Гвардейский, 18/60, р/с в 2007 г. по ч. 1 ст. 190 УКУ, в 2008 г. по ч. 2 ст. 186 УКУ. Как вы видите все задержанные «р/с», то есть ранее судимые. Это обыденность Донбасса. Более того, из-за доступности посещения ОРДЛО, туда начали тянутся криминальные элементы, бомжи с близлежащих к линии разграничения районов Луганской области.

Кто-то из “р/с” едет в ОРЛО воевать, кто-то воровать, ведь соцсети того же Северодонецка, Лисичанска забиты “приглашениями” в “лучшую жизни”. Не стоит радоваться, мол, “вся нечисть уедет”. Эти люди курсируют туда-сюда, поэтому криминогенная ситуация в городах на линии разграничения тоже не очень. Да и осужденный в ОРДЛО не является преступником в Украине. Поэтому нет гарантий, что воры, насильники и убийцы, совершив преступления в ОРДЛО, не вернутся с чистой совестью в Украину. Тенденция “прятать концы” уже появилась: в ОРДЛО скрываются преступники из РФ, из Украины и других стран.

03 марта 2018 в 13-15, в «милицию» ОРЛО обратилась гр. Гранатур Юлия Алексеевна, 1986 г.р., проживающая в городе Луганск, кв. Пролетариата Донбасса, 21/137, с заявлением о том, что в этот день в период времени с 10-30 до 11-00, из торгового модуля № 12, расположенного на территории центрального рынка г. Луганска, неустановленное лицо совершило кражу продуктов питания. В ходе проведения следственных мероприятий, за совершение данного преступления был задержан гражданин Сарана Юрий Иванович, 1967 г.р., проживающий: пгт. Родаково, кв. Ленина, 14/98. Временно не работающий.

Кстати, особо в «раскрытие» преступлений я не верю, здесь привыкли хватать и выбивать показания, чтобы показать заботу о гражданах. Гражданину же приятно, что «рыспублика» о нем заботится, да и, как правило, люди согласны с тем, что для защиты их личных интересов применяются избиения, пытки, и допросы в стиле «а-ля берия-нквд». Ну, вот любят это люди, даже если не видят самого избиения, довольствуются, «мы ему вставили, и он признался». Поэтому задержаны ли настоящие воры, не известно.

Часто в ОРЛО, узнав, что преступление совершил «сотрудник народной милиции или армии» ОРЛО, «ихтамнет» или местный камуфлыжник, преступление «вешают» на одиноких, ранее судимых, чтобы посадить и обеспечить новую рабочую силу. В тюрьмах ОРЛО просто бесплатные цеха и заводы, где бесправные рабы работают за кусок хлеба.

И все же, краж в ОРЛО много. И вот сейчас начался период именно бытовых, мелких, когда крадут кусок хлеба, чтобы не умереть с голода.

Люди в ОРЛО обнищали. Не все. Не везде. Разница бывает настолько резкой между городами, когда один город радуется открытию нового «секонда», а второй пьет шампанское на открытие нового ювелирного салона. Да, даже так. Есть успешные, до сих пор стабильно живущие города. Это Свердловск, Ровеньки, Краснодон, где еще платят зарплату шахтерам. Жители этих городов не понимают стенаний других, тех же Алчевска, Брянки, Первомайска, Лутугино, что им нечего есть, и нет зарплаты.

Есть пенсионеры, живущие на 2 хорошие шахтерские пенсии. А есть те, кто голодает на одну лыныровскую минималку. Есть те, кто потерял работу, а есть те, кто зарабатывает автоматом. Более того, тех, кто получает зарплаты, и пенсии в ОРЛО раздражают жалобы и уныние тех, кто лишился рабочих мест по причине войны.

Донбасс и до войны был жутко разделен на вот такие квадратики, и люди, живущие в одном городе не знали, что происходит в соседнем. Этим сейчас пользуются пропагандисты ОРЛО. Так, когда задерживаются зарплаты в Ровеньках, им дают информацию, что получили зарплаты Краснодон и Свердловск, скоро их очередь. А Краснодону и Свердловску, соответственно, дают информацию о благополучии Ровеньков, и просят не паниковать пока до них дойдет очередь.

Информацию люди здесь искать самостоятельно не привыкли, поэтому верят в телевизор. Да и признаваться в том, что попали они со своей Лугандонией, как говорится, как кур во щи, они не хотят. Держат информационный фронт, показывая нам, выехавшим, свою стабильность, твердя –«у нас все хорошо». Хотя, когда накал по зарплате доходит до высоковольтного, в соцсети прорывается – « да, живем, зашибись, люди в мусорных баках роются, дерутся за право «владения» мусорным баком».

Видимо от «процветания» в ОРЛО люди воруют продукты, металл, уголь, да просто все, что лежит во дворах, вскрывают квартиры, убивают одиноких пенсионеров. Очень много краж прикрывается пожарами. Очень много в сводках появилось пострадавших, как живых, так и умерших, с пометкой «бомж». Стоит и об этом написать в следующем материале, ведь «бомжами» в ОРЛО становятся одинокие люди, которых попросту выбрасывают на свалку «ихтамнеты», заселяющиеся в квартиры, или родственники, решающие таким образом свои квартирные вопросы.

Моральная деградация, как и экономическая – этапы войны. Чтобы осознать это, оглянитесь вокруг себя, задайте вопрос – как быстро изменятся люди вокруг меня, если…

Так вот, люди, получая индульгенцию на убийство, автомат и власть, меняются за дни, часы, секунды, а за четыре года оккупации, и подавно. И все перемены будут только в деградационную сторону. Война – это деэволюция, это регресс, она отбрасывает общество назад. Мир ведет цивилизацию к развитию. Только так! И вот, чтобы здесь не было того, что сейчас проживает ОРДЛО, есть линия фронта. И война, и наши солдаты давно не воюют за Донбасс, за территорию или за людей. Война идет за Украину. За то, чтобы деградационные моменты не коснулись других мирных городов. И чтобы вы никогда не увидели тех страшных перемен в людях, которые видели мы, беженцы”.